e_f: (Наш папец)
Я, конечно, знаком с Чеховской фразой о том, что нет такого предмета, который бы не мог стать еврейской фамилией, но когда в New Yorker публикается статья о плюсах запрета на оружие, написанная art critic по фамилии Гопник, старая истина начинает переливаться новыми красками.
e_f: (Крыша бежит)
Конец света так и не настал. Ну и не надо, обойдемся концом семестра. Курс про геноциды и семинар по Холокосту прочитаны, в следующем семестре читаю семинар по political violence и еще один про израильскую политику с упором на арабо-израильский конфликт. На факультете меня уже иначе как "Mr. Sunshine" практически и не называют. Я обижаюсь и требую изменить Mr. на Prof. Ибо нефиг.

Знаете, что может кардинально изменить жизнь и последующую судьбу как минимум 5 моих студентов на много лет вперед? Не знаете? Я вот тоже не знал, но они просветили. Какая-то мелочь, всего лишь один знак "+". Вот если я им изменю их оценку с B на B+ у них знаете как круто жизнь изменится? Не знаете? Вот и я не знаю. Поэтому и не меняю.

Пришел студент из Нигерии и поинтерeсовался будет ли в следующем семестре продолжение банкета курса про геноциды. У студента, кстати, в его родной Нигерии родители пасторы. Папа пастор, и мама -- пастор. У каждого свой приход.

Завел себе в мейле папку Academic Misconduct. Не радует, а что делать, если студенты настолько глупы, что пытаются меня топорно обмануть.

Те, кто не пытаются обмануть продолжают умилять мейлами, которые стандартно начинаются обращением "Hi Professor Finkel." Лапочки.

В метро дядечка в кипе читает шетотом паслмы с экрана I-phone. Было ужасно любопытно поцелует ли он агрегат, закончив читать. К сожалению, я вышел на Foggy Bottom, а дядечка уехал в Конфедерацию.

Перед ближайшим к Белому Дому метро сидит бомж с картонным плакатом "Pay me! Fuck you!"

Поиск карт Израиля в библиотечном каталоге предлагает книгу с назвaнием "Субьективный Атлас Палестины". Среди разделов: "Clean Ramallah", "A user's guide to Argeelah", "Letter from prisoner Mohammed ; Letter from prisoner Ahmad ; Letter from prisoner Ali ; Letter to prisoner Abu Salah", и, так как все письма уже пришли, "No news from Palestine"

И раз уж о картах -- никто не знает где найти карту дорог Палестины и маршрутов Эггеда времен Арабского восстания (1936-9)?
e_f: (многие знания)
Пришла ко мне сегодня студентка моего курса про геноциды и спросила кроха: "Скажи профессор, вот ты Холокост изучаешь, так? Тогда как ты думаешь, люди - они от природы плохие или хорошие (evil or good)?" Я ей конечно обьяснил, что я эмпирицист до мозга костей и вообще, как выразилась И., философия на другом этаже а значит подобными вопросами себя и других не мучаю, но молодому пытливому мозгу хотелось знать. Очень. В итоге нехотя выдавил из себя, что наверное, по-моему, все-таки хорошие, но я эмпирицист до мозга костей и т.д. А вы что скажете?
e_f: (многие знания)
Уехал в среду ABD, вернулся вчера ночью PhD. Вендя разницы не заметила и лаять "д-р хозяин" еще не научилась. Но мы над этим работаем.
e_f: (Наш папец)
Продолжая тему моего нового факультета. У одного из профессоров, как я вчера выяснил, есть три вида office hours - приемных часов для общения со студентами: обычные, в его кабинете; "богемные" - в кофейне недалеко от факультета; и, гвоздь сезона - "перипатетические," на беговой дорожке университетского спортзала. А что, и зарядка для хвоста с хоботом, и общение со студентами. И. предложила мне пойти еще дальше и сделать для моих студентов акватические приемные часы - в бассейне. А еще можно метровые - во время поездки в метро, или канические - когда Вендю выгуливаю.
e_f: (многие знания)
Мои новые коллеги Форрест Мальцман, Джим Лебович и Элизабет Сондерс (в соавторстве со студенткой Reed College) разразились в профессиональном журнале PS: Political Science & Politics статьей о политике живности в Белом Доме. Одно заглавие "Unleashing Presidential Power" чего стоит. А короткие биографии авторов так вообще прелесть.

Forrest Maltzman is professor of political science at The George Washington University. He owns a Portuguese water dog named Moxie.

James H. Lebovic is professor of political science and international affairs at The George Washington University. He is owned by a standard poodle named Softly and three cats (Jellybean, Bessie, and Woody).

Elizabeth N. Saunders is assistant professor of political science and international affairs at The George Washington University. She remains petless.

Emma Furth is a student at Reed College double majoring in math and general nerdiness. She wanted a cat, but her brother was allergic and wanted a dog. Her mother eventually got her a guinea pig named Eevee.

Мне однозначно нравится мой факультет.

34

Dec. 30th, 2011 08:57 pm
e_f: (Default)
Поздравления принимаются. Да, чтоб два раза не вставать, апдейт - с 1 августа наконец-то меняю статус вечного студента на на тяжелую ношу профессора. Профессорить буду на факультете политологии George Washington University в самом сердце мирового империализма, прямо под боком разжигателей войны с берегов Потомака, в кампусе с замечательным названием Туманная Задница (Foggy Bottom). Так что вотЬ.
e_f: (Default)
Если не будет потопов, землетрясений или ядерной войны, то завтра утром прощаемся с Висконсином и едем на побережье - у меня годичная fellowship вот в этом замечательном месте. Так что год в Йеле, а там посмотрим.
e_f: (Default)
Постить это, конечно же, надо было в начале мая, но сегодня тоже сойдет. В общем, на следующей неделе относительно свободен для встреч/развиртуализаций в Берлине и Потсдаме. Так что если вдруг есть желающие - стучите в рельсу.
e_f: (Default)
Скажите, а никто из читателей этого журнала случайно не работает в Центральном Сионистском Архиве в Иерусалиме? Ну или хотя бы может связать меня с кем-то кто работает? Спасибо!
e_f: (многие знания)
Если соединить историю и эконометрику, то получаются интересные результаты. Вот например, такие. Для желающих - вся статья, страниц на 50, со всеми циферками и т.д. доступна на сайте одного из авторов. Осталось только обьяснить как именно оно работает, т.е. то, что на нашем жаргоне называется mechanism. Тут одной статистикой не отделаешься.

Вообще, нравится мне нынешняя экономическо-политологическая мода на историческо-статистические исследования. Очень нравится.
e_f: (Default)
Хайфчане, бывшие хайфчане и сочуствующие - на вас одна надежда. Мне очень нужно найти одного человека - предположительно в Хайфе. Зовут Яэль Пелед (Марголин). Возможно, Пелед-Марголин, а может и просто Пелед. Единственное, что мне о ней известно (ну, кроме ее диссертации, которую я сейчас читаю), это то что в конце 1990-х она была учительницей и зам. директора одной из хайфских школ. Можно, конечно, взять телефонный справочник и обзванивать всех Пеледов и Марголиных, но это уже в качестве экстренной меры... В общем, буду благодарен за любую инфу.
e_f: (многие знания)
В наследство от деда мне достались мельница, осел и кот зимние меховые ботинки. В Израиле он в них не ходил, а вот для Висконсиновской зимы - самое то. Это не сама история, это обязательное предисловие.

А вот, собственно, и история. Один знакомый профессор из Беркли как-то рассказал мне, что когда он читает своим студентам лекции про Холокост, он начинает их несколькими абзацами из свидетельства своей бабушки на процессе Эйхмана. Я запомнил, решил, что когда придет время, тоже сделаю что-то похожее. Нет, не в том смысле, что я буду давать студентам показания бабушки профессора, а возьму пару историй из свидетельства (нет, не на процессе Эйхмана, а просто про жизнь в гетто) моего деда. В этом семестре у меня курс про геноциды. Ну, значит нам туда дорога.

Сказано - сделано. Студенты, само собой, ничего не подозревают - фамилии у нас с дедом разные, я им, понятное дело, ничего не говорю. Может, на последней лекции расскажу. В общем, прочли, начинаем с ними обсуждать можем ли мы вообще анализировать поведение людей в таких ситуациях? А как насчет моральных оценок? И вот посреди разговора один студентов обьясняет: "well, I've never been in his (моего деда, т.е.) shoes..." А я сижу, смотрю на меховые свои ботинки, и думаю: "а не предложить ли ему побывать "in his shoes"?". Вот снять одним движением руки и предложить. И если предложу, то какое выражение лица у него будет? Слава богу, сдержался.
e_f: (Default)
На День Рождения мне подарили один лептоп и две помелы. Нет, не двух Памел, а две пoмелы. А от совы я сам отказался.

А еще у нас всеобщий дурдом по поводы битвы с христианскими рогатыми лягушками за розовый шар. Специфика жизни в американском университетском городе, что тут поделаешь. Болейте за наших барсуков, ладно?
e_f: (Default)
Пока я тут ничего не подозревая живу по средне-западному времени, меня уже с почина И. начали поздравлять по израильскому. А что, тоже дело.

Спросили как я собираюсь День Рождения и Новый Год провести. Так вот, докладываю. На коленях у меня почти дочитанная книга про то ли геноцид, то ли не очень в Восточном Тиморе. Да, на фотографиях в книге все без исключения бойцы за независимость этого самого Восточного Тимора щеголяют с Галилями. Ну действительно, а чем же еще партизанам в Океании воевать, как не Галилями. Но это на коленях. На лэптопе открыта еще не напечатанная книга про коллективные убийства в Китае времен Культурной Революции - спасибо автору, поделился черновой версией. На полке терпеливо дожидаются своей очереди Bloodlands Тима Снайдера и на перечитку - очень добрая и радостная книга про геноцид в Руанде. И все это желательно закончить до начала следующей недели.

И пусть хоть кто-то скажет, что день рождения и Новый Год у меня будут скучными! А еще пожелайте мне сделать в следующем году хотя бы четверть того, что я планирую сделать. Мне больше и не нужно. Честно-честно.
e_f: (багровые тона)
что, между прочим, по израильскому времени Изба уже можно поздравлять. Вот прямо здесь и. Ура, товарищи! :)
e_f: (Default)
Наш родной Onion, само собой, не мог пройти мимо WikiLeaks и не постебаться. Ну они и добавили еще парочку "сенсаций" под заголовком Wikileaks' Embarassing Revelations. Лучшим, несомненно, было "The majority of diplomatic relations with Israel still go through comatose former prime minister, Ariel Sharon". Молодцы ребята. Снимаю шляпу.
e_f: (Default)
Я начал этот проект в 2003-4. Я ездил в Польшу и Болгарию в 2005. Варшава, София, Люблин. Кажется, что-то еще. Интервью со всеми, кто хотел поговорить - судьи, профессора, парламетские помошники, депутаты-коммунисты, журналисты, аналитики. Замечательная abu_liberalabu_liberal с горами ценнейшей информации... Большинство интервью оказались совершенно бесполезными, некоторые были на вес золотa. Потом я попытался напечатать этот шедевр. Выбрал средней руки журнал с доброжелательным редактором и стал ждать. Рецензент вообще не понял того, что я хотел сказать, не разбирался в большинстве теорий, с которыми я спорил и, кажется, даже не был политологом. Да, и из тех двух стран, которые я сравнивал, он разбирался лишь в одной. Слава богу, мне отказали. Что делают нормальные люди, получив отказ из средненького журнала? Правильно, шлют в еще более средненький журнал. Но кто сказал, что я нормальный? Я послал это в один из самых престижных журналов. Три рецензента порвали меня на британский флаг, причем самые ценные комментарии я получил от того, кто советовал(а) журналу отказать в публикации. Слава богу, два остальных были доброжелательнее и дело закончилось Revise&Resubmit. Еще год работы, телефонные интервью, и в результате - совершенно новая статья. Сегодня ее приняли к публикации. Выйдет, если повезет, летом 2012. Но и бог с ним - главное, что приняли.

Evgeny Finkel, “The Authoritarian Advantage of Horizontal Accountability: Ombudsmen in Poland and Russia,” Comparative Politics, forthcoming. Сезон публикаций в top journals можно считать открытым. Сейчас - глубокй выдох, в понедельник - стопка книг обратно в библиотеку. Хоть место на полке появится.

Update: По просьбам читателей, перевожу с политологического на человеческий. "Accountability" - подотчетность правительства и правителей один из самых важных вопросов, которыми занимается политология. Избиратели хотят X, а правительство делает Y. Как можно добиться подотчетности власти гражданам. Самый простой способ - наказать правительство на выборах. Естественно, здесь мы говорим о демократиях. Это vertical accountability. Но выборы редко, и возникает вопрос, как контролировать власть между выборами. Для этого существуют всякие разные институты типа судов, гос. контролеров, парламентских комиссий, уполномоченных по правам человека и т.д. Это horizontal accountability. Считается, что без сильных институтов, ограничивающих власть правительства, демократии не выжить, особенно в случае молодых демократий (Латинская Америка, Восточная Европа и т.д.). Поэтому правительства, международные огранизации и т.д. создают эти институты и вбухивают сотни миллионов доларов в их развитие. Результаты обычно более чем скромные. Я пытаюсь обьяснить почему в некоторых странах эти институты сильны и успешны, а в других, которых большинство - слабы. И на примеры польского и российского Уполномоченных по Правам человека показываю, что более сильные институты получаются не тогда, когда их создают демократические правительства, а в тех редких случаях, когда их создают, изначально в качестве ширмы, слабые авторитарные режимы. Так что не стоит удивляться, что институты функционируют слабо, а в будущем просто надо создавать их в нужное время. Тезис мой полностью противоречит и большинству теорий, и, на первый взгляд, здравому смыслу (но только на первый взгляд!), поэтому и получилось протащить в крутой журнал.
Page generated Sep. 22nd, 2017 02:36 am
Powered by Dreamwidth Studios